Обобщение практики назначения судами экспертиз и использования заключений экспертов при рассмотрении уголовных дел за 2024 год и первое полугодие 2025года.

В соответствии с планом работы Майкопского городского суда Республики Адыгея на второе полугодие 2025г. проведено обобщение судебной практики назначения судами экспертиз и использования заключений экспертов при рассмотрении уголовных дел за 2024 год и первое полугодие 2025года.

В целях выполнения данного обобщения, проведено изучение судебной практики по уголовным делам, рассмотренных Майкопским городским судом Республики Адыгея в 2024 году – 595 уголовных дел и в первом полугодии 2025 года – 194 уголовных дела по вопросам применения судами норм, регламентирующих вопросы судебной экспертизы по уголовным делам.

Всего рассмотрено в 2024 году и в первом полугодии 2025 года, 789 уголовных дела, из них по 5 уголовным делам были назначены судебные экспертизы в судебном заседании, четыре из которых в настоящее время окончены, одно уголовное дело находиться на экспертизе.

1) Так, по уголовному делу по обвинению Дудко М.В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, была назначена судебная комплексная видео - автотехническую экспертиза, производство которой поручено Адыгейскому филиалу Федерального бюджетного учреждения Краснодарская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

При расследовании уголовного дела была проведена автотехническая экспертизы, однако в ходе судебного следствия защитником подсудимого Дудко М.В. адвокатом Куцеваловой Н.В. было заявлено ходатайство о назначении повторной судебной комплексной видео - автотехнической экспертизы по данному уголовному делу, мотивируя тем, что в судебном заседании судом исследованы материалы, оформленные сотрудниками ГИБДД до приезда следователя на место ДТП. Выводы эксперта противоречивы.

Суд рассмотрев ходатайство адвоката, посчитал, что экспертом не всесторонне проанализированы предоставленные материалы и факты, что в итоге привело эксперта к выводам, которые нельзя считать объективными и обоснованными, по следующим основаниям. К экспертизе не приложены лицензии на программы, которые использовал эксперт. Неверно выбрана и применена методика исследования. Эксперт указывает на невозможность рассчитать скорость движения транспортного средства ввиду отсутствия тормозного пути, однако на день проведения исследования существуют и другие методики. Скорость движения транспортного средства экспертным путем можно определить только, если имеется возможность учесть количество кинетической энергии затраченной при перемещении транспортного средства на заданном отрезке пути. Эксперт при допросе пояснил, что методики по определению скорости есть, но он не определяет скорость по деформации кузова. Эксперт не смог определить, с какой фактической скоростью ехал автомобиль Лада Гранта. Механизм ДТП и место столкновения автомобилей «Тойота Альфред» и «Лада Гранта» экспертом не определены. Таким образом, конкретное место столкновения автомобилей, следствием не установлено. В связи с тем, что проведенные на предварительном следствии судебная комплексная автотехническая и видеотехническая экспертиза № 276/277 от 05.06.2023 г. по изложенным выше основаниям и причинам не могли быть признаны полными и всесторонними, обоснованными и правильными, суд посчитал, что по настоящему уголовному делу имеется объективная необходимость в назначении и производстве повторной комплексной видео - автотехнической экспертизы. Перед экспертами были постановлены вопросы, предложенные стороной защиты и судом.

23 апреля 2024 вынесен обвинительный приговор в отношении Дудко М.В., который признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 с. 264 УК РФ к штрафу в размере 50000 рублей, взысканы процессуальные издержки, частично удовлетворен гражданский иск.

В апелляционном и кассационном порядке приговор не обжаловался.

2) По уголовному делу по обвинению Лиева Мурадина Александровича в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, была назначена судебно-медицинской экспертизы для установления наличия у подсудимого заболевания, препятствующего отбыванию им наказания, производство которой экспертам ГБУЗ РА «АРБ СМЭ», с привлечением профильных специалистов.

В ходе судебного заседания защитник обвиняемого Лиева М.А. - адвокат Шехетль В.Ю. ходатайствовала о назначении по данному делу судебно-медицинской экспертизы для установления наличия у подсудимого заболевания, препятствующего отбыванию им наказания, поскольку подсудимый страдает тяжелым заболеваниям цереброваскулярная болезнь, парапрезы и другие, а также является инвалидом 1 группы.

Согласно ч. 2 ст. 81 УК РФ, лицо, у которого после совершения преступления была выявлена тяжелая болезнь, препятствующая отбыванию лицом наказания, может быть освобождено судом от отбывания наказания.

Суд, исследовав медицинское заключение ГБУЗ «Белореченская ЦРБ» МЗ КК от 09.01.2022, согласно которому подсудимому Лиеву М.А. выставлен диагноз «последствия инфаркта головного мозга», медицинскую карту пациента Лиева М.А., получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № 5441296 в ГБУЗ «Белореченская ЦРБ» МЗ КК, в которой указаны выставленные ему диагнозы «острый идеопатический панкреатит, инфаркт мозга неутонченный», ответ на запрос суда от главного врача взрослой поликлиники ГБУЗ «Белореченская ЦРБ» МЗ КК от 25.01.2024, согласно которого «Лиев М.А. был осмотрен 23.01.2024 врачом-неврологом, диагноз: Состояние после перенесенного повторного ишемического инсульта в бассейне ПСМА от 31.10.2023 года. Левосторонняя гемиплегия. Сенсо-моторная афазия. Перенесенные повторные ОНМК ( 2005г,2008г,2016г) по ишемическому типу в бассейне ПСМА. (по медицинским документации). ХИМ 2 ст. на фоне нестенозирующего атеросклероза БЦА. Дисфункция тазовых органов по типу недержания мочи тяжелой степени тяжести», посчитал необходимым назначить по настоящему делу комиссионную судебно-медицинскую экспертизу, поставив на разрешение экспертов вопросы о наличии у подсудимого заболевания, препятствующие отбыванию им наказания.

31 октября 2024 Лиев М.А. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, к лишению свободы сроком 2 года, с ограничением свободы сроком 1 год, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Процессуальные издержки постановлено возместить за счет государства.

В апелляционном и кассационном порядке приговор не обжаловался.

3) По уголовному делу в отношении Стрелкова Е.О., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ была назначена повторная судебная товароведческая экспертиза, производство которой поручено экспертам Торгово-промышленной палаты.

При расследовании уголовного дела была проведена товароведческая экспертиза, однако в ходе судебного следствия защитник подсудимого заявил ходатайство, поддержанное его подзащитным Стрелковым Е.О., о назначении повторной судебной товароведческой экспертизы.

В обосновании своего ходатайства указал, что стоимость предмета хищения, указанная в обвинении, определена на основании заключения эксперта Маможенко А.В. № 653 от 15.11.2023г., проведенного в рамках проверки сообщения о данном преступлении; на стадии предварительного следствия экспертная оценка не проводилась.

В ходе судебного разбирательства выяснились обстоятельства, которые ставят под сомнение фактическую стоимость похищенного имущества.

При допросе в судебном заседании эксперта Маможенко А.В., он показал, что фактически исследовал потребительские качества товара, на его рыночную стоимость не ориентировался и не определял ее. Также, по мнению Маможенко А.В., фактическая и рыночная стоимость всегда имеют разные значения, поскольку определяются разными формулами и методиками. По мнению защиты, такой подход эксперта нельзя признать обоснованным. Суд поддержал доводы защиты и назначил повторную судебную товароведческую экспертизу, поставив вопрос о том, какова фактическая (рыночная) стоимость УШМ марки «Makita» модель 9558 HN, приобретенного в 2012 году, по состоянию на 04.11.2023г.

28.06.2024 Стрелков Е.О. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ к лишению свободы сроком на 8 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ Стрелкову Е.О. замено наказание в виде 8 месяцев лишения свободы на наказание в виде принудительных работ сроком 8 месяцев, с удержанием в доход государства 10% от заработной платы осужденного.

В апелляционном и кассационном порядке приговор не обжаловался.

4) По уголовному дела в отношении Ветровой М.В. по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч.4 ст. 132, п.п. «в, г» ч. 2 ст. 242.2 УК РФ была назначена судебная комплексная психолого-лингвистико-культурологическая экспертиза, производство которой поручено экспертам Южного регионального центра судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

В ходе судебного заседания адвокат Иванов А.Ш. заявил ходатайство о назначении и проведении повторной комплексной психолого-лингвистико–культурологической экспертизы с привлечение эксперта искусствоведа.

В обоснование необходимости проведения такой экспертизы указал, что по данному уголовному делу, в ходе предварительного расследования были проведены две судебные экспертизы, производство которых было поручено экспертам негосударственных учреждений. Однако, учитывая, что данные заключения экспертов, по мнению стороны защиты, является не полным и необоснованно проведено в другом экспертном учреждении, а не в государственном, как того требует закон.

Суд удовлетворил заявленное ходатайство о проведении повторной экспертизы, т.к. в соответствии со ст. 8 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Заключения экспертов АНО «СТАТУС-КВО» от 12.03.2024 года и комплексной судебной культуролого-лингвистической экспертизы, проведенной в АНО «ЦНСЭ» от 07.06.2024 года, проведенные в ходе расследования не соответствовали указанным требованиям закона, а именно.

Так, согласно ст. 21 73-ФЗ «О Государственной судебной экспертной деятельности в РФ» организация и производство комиссионной судебной экспертизы возлагаются на руководителя государственного судебно-экспертного учреждения либо на руководителей нескольких государственных судебно-экспертных учреждений.

Однако, следователь при проведении предварительного расследования необоснованно провел такую комиссионную экспертизу не в государственном учреждении, а в ином экспертном учреждении. В обоих случаях ссылаясь на ответы из 2 экспертных учреждений, об отсутствии одного из экспертов.

Вместе с тем, круг государственных экспертных учреждений существенно больше и сам только факт того, что следователь ограничился парой экспертных учреждений, является несостоятельным.

Кроме того, согласно ст. 41 73-ФЗ «О Государственной судебной экспертной деятельности в РФ» установлено, что в соответствии с нормами процессуального законодательства Российской Федерации судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла, но не являющимися государственными судебными экспертами. На судебно-экспертную деятельность лиц, указанных в части первой настоящей статьи, распространяется действие статей 2, 3, 4, 6 - 8, 16 и 17, части второй статьи 18, статей 24 и 25 настоящего Федерального закона».

Следовательно, при разъяснении экспертам негосударственного экспертного учреждения его прав и обязанностей, разъяснение обязанностей, предусмотренных ст. 16 73-ФЗ О ГСЭД и прав, предусмотренных ст. 17 73-ФЗ О ГСЭД обязательно.

Так, согласно заключения от 12 марта 2024 года экспертами проведенной в АНО «СТАТУС-КВО» не разъяснены права предусмотренные ст. 57 УПК РФ и ответственность по ст. 307 УКК РФ за заведомо ложное заключение перед началом судебной экспертизы, так как подписи о предупреждении об уголовной ответственности указаны на странице, с датой окончания заключения экспертизы, что свидетельствует о том, что на момент начала такой экспертизы эксперты не давали надлежащей подписки об уголовной ответственности перед началом проведения такой экспертизы. Аналогичная запись имеется и при проведении экспертизы АНО «ЦНСЭ» экспертом Левинским Р.В., что свидетельствует о не соблюдении законодательства при назначении и проведении экспертизы.

Ссылка государственного обвинителя на те обстоятельства что на стр.113 том № 2 имеется подпись Левинского Р.В. о разъяснении ему ответственности по ст. 307 УК РФ и обязанностей по ст. 57 УПК РФ, суд считает не состоятельными, так как под указанной подписью отсутствует запись о том, кто ему разъяснил данные права и обязанности и уголовную ответственность.

Также на территории Российской Федерации не существует «комплексной судебной культуролого-лингвистической экспертизы». Лицо, проведшее данное исследование, не обладает базовыми специальными познаниями (не имеет профильного высшего образования), дающего право на проведение лингвистических экспертиз, что само по себе требует отдельной проверки.

Также в заключении эксперта №4 от 12.03.2024 по результатам комплексной судебной психолого-лингвистической экспертизы, проведенной в АНО «СТАТУС-КВО» имеется ряд ошибок, которые ставят под сомнение, сделанные выводы.

Так, в исследовательской части экспертного заключения должны быть отражены содержание и результаты исследований с указанием примененных методик, оценка результатов исследования. Оценка результатов исследований - завершающий этап исследовательской части заключения, именуемого синтезирующим. В нарушение п.9 ч.1 ст.204 УПК РФ и ст.25 73-ФЗ О ГСЭД в заключении № 4 от 12.03.2024 не указано ни одной конкретной экспертной методики. Экспертиза носила комплексный характер и проводилась тремя «специалистами». Однако, в заключении комплексной экспертизы указывается, какие исследования и в каком объеме провел каждый из экспертов, какие факты он установил и к каким выводам пришел. Каждый из экспертов, участвующих в производстве экспертизы, подписывает ту часть заключения, которая отражает ход и результаты исследований, проведенных им лично, и несет за них ответственность. Данное требование закреплено в ч.2 ст. 201 УПК РФ и ст. 23 73-ФЗ О ГСЭД. В нарушение указанных требований, в заключении №4 от 12.03.2024 отсутствует раздел, в котором должны были быть отражены исследования, проведенные каждым «специалистом».

Произведенным в судебном заседании допросом экспертов Левинского Р.В. и Цергой Т.А. производивших экспертизы, устранить недостаточную ясность, неполноту, а также возникшие сомнения в обоснованности заключений эксперта, не представилось возможным.

Допрошенный в судебном заседании специалист Небытов К.В. пояснил суду, что обе проведенные экспертизы не отвечают требованиям, предъявляемым к экспертизам. Так, эксперты в обеих экспертизах не были предупреждены об уголовной ответственности до начала экспертизы, о чем свидетельствует подпись экспертов на странице, на которой указана дата окончания экспертизы. Кроме того, в экспертизе проведенной тремя экспертами отсутствует ссылка в тексте экспертизы на разбивку заключений каждого из экспертов, и невозможно сделать вывод о том, какую часть экспертизы сделал каждый в отдельности эксперт. Также у эксперта Левинского отсутствует профильное образование по экспертизе, которое он провел в единственном числе. В экспертизе Левинского нет ссылок на литературу, отсутствует исследование всего материала, а только выборочное исследование для подгонки нужного ответа на вопросы следователя.

Таким образом, для полного и всестороннего установления всех обстоятельств, имеющих значение для разрешения настоящего уголовного дела, устранения недостаточной ясности, а также возникших сомнений в обоснованности заключений эксперта, было назначено повторное исследование данного видеоматериала и переписки, с учетом всех обстоятельств уголовного дела, то есть производство повторной комплексной психолого-лингвистико-культурологической экспертизы.

22.04.2025 Ветрова М.В. признана виновной в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст.132; п.п. «в, г» ч. 2 ст.242.2 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ к лишению свободы сроком 4 года в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься педагогической, воспитательной, а также тренерско-преподавательской деятельностью с лицами, не достигшими восемнадцатилетнего возраста сроком на 5 лет, с ограничением свободы сроком на 1 год.

Апелляционным определением Верховного суда Республики Адыгея от 08.09.2025г. приговор Майкопского городского суда Республики Адыгея от 22.04.2025 в отношении Ветровой М.В. оставлен без изменения.

5) По уголовному делу в отношении Алисеенко Натальи Игоревны и Карсантия Екатерины Валерьевны в совершении преступлений, предусмотренных ч.2 ст. 210, ч.3 ст. 234 УК РФ назначена психиатрическая экспертиза (амбулаторно), производство которой поручено комиссии врачей ГУ АРКПНД (гор. Майкоп) в отношении Алисеенко Наталья Игоревна,

В ходе судебного заседания адвокатом Хутом Б.М. было заявлено ходатайство о назначении и проведении судебной амбулаторной психиатрической экспертизы, так как Алисеенко Н.И. состоит на учете в психиатрическом диспансере с 2024 года, совершала попытки суицида и подобное поведение вызывает сомнения относительно ее вменяемости.

В ходе расследования данного уголовного дела не смотря на то, что Алисеенко Н.И. состоит на учете в психоневрологическом и наркологической диспансерах. Согласно данных полученных с ГБУЗ «Психоневрологический диспансер №3» Минздрава Краснодарского края Алисеенко Н.И. находится под наблюдением с диагнозом F60.3 (эмоционально неустойчивое расстройство личности». Также Алисеенко Н.И. состоит на учете в Сочинском филиале ГБУЗ «Наркологический диспансер» Минздрава Краснодарского края с 28.02.2021 года с диагнозом: отравление вызванного употреблением неизвестных наркотических веществ и алкоголя (ХТИ, трамадол, кодеин) в отношении нее психиатрическая экспертиза не проводилась.

Суд, посчитал необходимым назначить и провести амбулаторную судебно-психиатрическую экспертизу подсудимой Алисеенко Н.И. с учетом того, что она состоит на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансере.

До настоящего времени экспертиза не окончена.

При исследовании данных уголовных дел, установлено, что судьи Майкопского городского суда Республики Адыгея при назначении экспертиз строго руководствуются требованиями Конституции Российской Федерации, Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2010 г. № 28 г. «О судебной экспертизе по уголовным делам».

Верховный суд рекомендует нижестоящим судам обратить внимание на необходимость наиболее полного использования достижений науки и техники в целях всестороннего и объективного исследования обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, путем производства судебной экспертизы во всех случаях, когда для разрешения возникших в ходе судебного разбирательства вопросов требуется проведение исследования с использованием специальных знаний в науке, технике, искусстве или ремесле. Если же проведение исследования не требуется, то возможен допрос специалиста. Собственно, участие специалиста тем и характерно, что он исследований не проводит, а дает свою консультацию в судебном заседании, основываясь на своём профессиональном опыте.

В соответствии с ч. 3 ст. 195 УПК судебная экспертиза по уголовным делам может проводиться как государственными судебными экспертами, которые являются сотрудниками государственных судебно-экспертных учреждений (т.е. состоят в штате) и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаниями.

К таким «иным экспертам» относятся эксперты негосударственных судебно-экспертных учреждений, а также лица, не работающие в судебно-экспертных учреждениях, т.е. так называемые «частные эксперты».

Подобный подход закона, расширяющий возможность проведения судебной экспертизы по уголовным делам на сотрудников негосударственных судебно-экспертных учреждений и частных экспертов, безусловно, оправдан, поскольку государственные судебно-экспертные учреждения выполняют поручения о проведении экспертизы в порядке очерёдности, и сроки проведения экспертизы по данной причине могут быть длительными.

Чтобы участники процесса понимали, кто будет выступать экспертом (экспертным учреждением), и могли реализовать своё право на отвод эксперта, в определении (постановлении) о назначении экспертизы необходимо указывать наименование экспертного учреждения, в котором должна быть произведена экспертиза, а при невозможности производства экспертизы в этом учреждении - вновь выносить определение (постановление) о назначении экспертизы в другом экспертном учреждении.

Если участники процесса подали соответствующее ходатайство, дознаватель, следователь, суд обязаны сообщать фамилию, имя, отчество эксперта, которому руководителем государственного судебно-экспертного учреждения поручено производство экспертизы.

При поручении проведения экспертизы лицу, не являющемуся государственным судебным экспертом, суд выясняет также сведения о его образовании, специальности, стаже работы, занимаемой должности и указывает их в определении о назначении экспертизы. При необходимости суд должен приобщить к материалам уголовного дела заверенные копии документов, подтверждающих указанные сведения.

Для государственных судебных экспертов подобных правил не установлено. Постановление Пленума фактически определяет, что поскольку способов воздействия на негосударственных экспертов у дознавателя, следователя и судьи не имеется, их компетентность требует дополнительного выяснения судом, что, по сути, является нарушением процессуального принципа равенства всех перед законом и судом.

Если производство судебной экспертизы поручается частному эксперту, разъяснение его прав и обязанностей, предусмотренных статьей 57 УПК РФ, возлагается на суд, принявший решение о назначении экспертизы.

Вопросы, которые ставятся перед экспертом, не могут выходить за пределы его специальных познаний. Соответственно, заключение судебного эксперта также должно быть составлено в пределах его компетенции и осведомлённости.

Правовые вопросы перед экспертом ставить нельзя, тем более связанные с оценкой деяния, разрешение которых относится к исключительной компетенции органа, осуществляющего расследование, прокурора, суда (например, что имело место - убийство или самоубийство).

Если в государственном судебно-экспертном учреждении, осуществляющем свою деятельность на определенной территории, невозможно производство судебной экспертизы в связи с отсутствием эксперта конкретной специальности или надлежащей материально-технической базы либо специальных условий для выполнения исследований, а также когда все компетентные государственные судебно-экспертные учреждения на данной территории не могут выступить в этом качестве, её производство может быть поручено государственным судебно-экспертным учреждениям, обслуживающим другие территории.

В этом же случае можно поручить проведение экспертизы негосударственному судебно-экспертному учреждению или частному эксперту, в том числе сотруднику научно-исследовательского учреждения, вуза, иной организации, обладающему специальными знаниями и имеющему в распоряжении необходимое экспертное оборудование.

В определении (постановлении) о назначении экспертизы суду необходимо аргументировать поручение исследований экспертным учреждениям либо конкретному лицу.

Заключением эксперта является специальным образом составленный документ, к содержанию которого закон предъявляет вполне конкретные требования. Поэтому наличие в материалах уголовного дела справок, актов, заключений и иных форм фиксации результатов ведомственного или другого исследования, полученные по запросу органов предварительного следствия или суда, не подменяет собой заключение эксперта и не может служить основанием к отказу в проведении судебной экспертизы. При этом ничто не препятствует приобщению к материалам уголовного дела и использованию в процессе доказывания заключения специалиста.

Согласие подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, лица, в отношении которого рассматривается вопрос о применении принудительных мер медицинского характера, на проведение в отношении его судебной экспертизы не требуется. Вместе с тем суду следует обеспечить лицу, в отношении которого решается вопрос о применении принудительных мер медицинского характера, возможность участвовать в судебном заседании при решении вопроса о проведении в отношении него судебной экспертизы и самостоятельно реализовать права, предусмотренные УПК РФ, за исключением случаев, когда физическое и (или) психическое состояние не позволяет ему предстать перед судом.

Суду необходимо обеспечить потерпевшему возможность знакомиться с постановлением о назначении судебной экспертизы независимо от ее вида и с полученным на ее основании экспертным заключением либо с сообщением о невозможности дать заключение. Также суд обязан обеспечить возможность потерпевшему реализовать право заявить отвод эксперту или ходатайствовать о производстве судебной экспертизы в другом экспертном учреждении, о привлечении в качестве эксперта указанного им лица либо о производстве судебной экспертизы в конкретном экспертном учреждении, о внесении в определение (постановление) о назначении судебной экспертизы дополнительных вопросов эксперту.

Если участники судебного разбирательства подали соответствующие ходатайства, суд вправе разрешить им присутствовать при производстве экспертного исследования, производимого вне зала судебного заседания, за исключением случаев, когда суд по ходатайству эксперта сочтет, что данное присутствие будет препятствовать производству экспертизы. Факт присутствия участника судебного разбирательства при производстве судебной экспертизы вне зала судебного заседания должен быть зафиксирован в заключении эксперта.

Подозреваемый, обвиняемый и их защитники, а также потерпевший должны быть ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы до ее производства. В том случае, если лицо признано подозреваемым, обвиняемым или потерпевшим после назначения судебной экспертизы, оно должно быть ознакомлено с этим постановлением одновременно с признанием его таковым, о чем составляется соответствующий протокол.

В зависимости от характера вопросов и объема исследуемых материалов дополнительная экспертиза может быть произведена в судебном заседании.

В тех случаях, когда возникает необходимость в разрешении новых вопросов в отношении исследованных ранее объектов, производство экспертизы поручается, как правило, тому же эксперту, если предстоящее исследование не выходит за рамки его специальных знаний.

По уголовным делам частного обвинения, возбуждаемым по заявлению потерпевшего или его законного представителя, судья вправе решить вопрос о назначении экспертизы при подаче ими заявления в суд либо на стадии судебного разбирательства путем вынесения соответствующего постановления. При этом должны быть соблюдены права обвиняемого, подсудимого и потерпевшего.

Если проведение экспертизы поручается эксперту, который ранее не участвовал в деле в качестве эксперта, суду нужно вынести два определения: 1) о назначении экспертизы, где указываются данные об эксперте, имея в виду, что эксперт вправе участвовать в исследовании обстоятельств дела, относящихся к предмету экспертизы, только после вынесения определения о назначении экспертизы, 2) о постановке вопросов перед экспертом.

В определении (постановлении) о назначении судебной экспертизы помимо вопросов, предлагаемых судом на разрешение эксперта, должно быть указано, какие вопросы, представленные участниками судебного разбирательства, судом отклонены с приведением мотивов их отклонения. Данное правило является очень важной гарантией справедливого и объективного рассмотрения судом дела.

Заключение судебного эксперта не имеет заранее установленной силы, не обладает преимуществом перед другими доказательствами и, как все иные доказательства, оценивается по общим правилам в совокупности с другими доказательствами. Одновременно следует учитывать квалификацию эксперта, выяснять, были ли ему представлены достаточные материалы и надлежащие объекты исследования. Для оказания помощи в оценке заключения эксперта и допросе эксперта по ходатайству стороны или по инициативе суда может привлекаться специалист. Разъяснения специалист дает в форме устных показаний или письменного заключения.

Суду необходимо указать в приговоре на то, к каким выводам пришел эксперт в результате исследования, а не ограничиваться лишь ссылкой на наличие в материалах дела его заключения.

Оценка заключения эксперта может быть оспорена только вместе с приговором или иным итоговым судебным решением при его обжаловании в установленном законом порядке.

При изучении уголовных дел установлено, что указанные требования УПК РФ соблюдались по всем делам.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперты проводили исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключения экспертов основывалось на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Судья Майкопского городского суда

Республики Адыгея В.А, Беданоков